Острова в тумане. Часть пятая

01 Фев 2017,  
Рубрика: СТАТЬИ

Накануне Второй мировой войны Юго-Восточная Азия представляла из себя весьма пеструю картину. Тут была и Голландская Индия (нынешняя Индонезия), и французский Индокитай, и английская Бирма, и американские Филиппины, и «независимый» Таиланд – союзник Японии. Причем реальной военной силой в регионе обладали одни американцы, прочие колониальные войска были третьесортные. В ту пору казалось, что никто и ничто в целом мире не сможет противостоять могуществу белого человека. Период восстаний захваченных стран давно прошёл, местные, казалось, смирились со своей судьбой и вели себя тихо. Зачем же тратить излишние деньги, держать тут первоклассные войска? Совершенно незачем.
Правда, японские захваты в Китае немного беспокоили европейцев, но только немного. Во-первых, Китай далеко, а во-вторых, разве смогут эти «джапы», «косоглазые», «макаки», воевать с белыми людьми? Разумеется, не смогут. Да их десять на одного белого давай, и то побегут!
За всем этим пристально наблюдала Америка. Штаты, захватившие Филиппины в ходе американо-испанской войны, давно точили зубы на богатства Юго-Восточной Азии. Но, будучи умным государством, они не хотели больше выступать откровенным агрессором. Было бы очень здорово придти в Южные моря в ипостаси освободителя (ну, и остаться там лет на сто-двести). Вот только от кого освобождать азиатов, не от англичан с голландцами же! А что, если бы нашлась какая-нибудь не в меру агрессивная, но не очень сильная держава, которая бы сначала захватила регион, а потом США освободили его.
И такая держава нашлась.
В середине тридцатых годов американцы больше не могли выносить зверства японцев в Китае. Много лет выносили, и даже не вякали, а тут вдруг не смогли. Начались санкции, всякие удушающие эмбарго. Дипломатия ничего не дала, и стало ясно, что войны на Тихом океане не миновать.
В тот момент Америка в военном плане казалась не очень сильным государством. Армия была маленькая и слабо обученная, авиация – тоже. Сами янки наслаждались жизнью и, казалось, вовсе не помышляли о новой войне. В стране были очень сильны изоляционистские настроения: дескать, на фиг нам эта драчливая Европа, не пустим больше наших парней помирать за океан!
Но таковы были настроения в народе, а у элиты были другие планы. Рузвельт давал понять Гитлеру, что США ни за что на свете не потерпят разгрома Великобритании, и если надо будет, то Америка отправит за океан 300 дивизий, воевать с немцами.
Фюрер психовал, материл Рузвельта, но сделать ничего не мог. В конце концов, напал на СССР, в надежде захватить огромные ресурсы нашей страны, создать на Урале передовые научно-технические объединения, и уже тогда всерьёз помериться силами с англосаксами. Все знают, что из этого вышло, но тогда, 22 июня 1941 года, Америка перевела дух: не придётся напрягать все силы, можно пока обождать, и сосредоточить внимание на Тихий океан.
Что касается японцев, то их сильно соблазняла кажущаяся «слабость» США. В тактическом плане момент был очень выигрышный, но вот в стратегическом… Те, кто был поумнее, вроде адмирала Ямамото, командующего японским Объединённым флотом, те говорили, что эпоха японских захватов в Южных морях продлится всего полгода, а потом США накачают мускулы, и раздавят империю Ниппон. (Сам Ямамото погиб в этой войне).
Когда Гитлер разгромил французов и вышиб англичан на их остров (Франция капитулировала 22 июня 1940 года – какая дата!), возник вопрос о французской колониальной империи, на которую облизывались все, кому не лень. Между вишистский Францией и Англией даже началась война, которая шла, главным образом, в Сирии.
Французский Индокитай давно соблазнял японцев, и Гитлер решил удружить союзникам. Под его нажимом режим Виши приказал местной колониальной администрации перейти под управление японцев, что и было исполнено. Нет, японцы не повыгоняли французских чиновников, но отныне они работали под их чутким руководством. Впервые белый человек подчинился азиатам – на местные народы это произвело впечатление, по крайней мере, вначале.
Но Индокитая было мало, а больше получить «мирным» путем не получалось. Оставалось начать войну, и внезапным нападением попробовать «вырубить» США из игры. Пока янки будут приходить в себя, захватить ключевые позиции в Южных морях, наладить оборону, и тогда пусть дядя Сэм кладёт своих солдат, сколько хочет!
Внезапности, однако, не получилось с самого начала. Японцы топят в Перл Харборе устаревшие линкоры, но все американские авианосцы остаются целы и невредимы. Но, как бы то ни было, руки у Японии развязаны, и она приступает к захватам почти одновременно по всем фронтам.
Об английском позоре в Сингапуре уже было написано выше. Японцы теснят англичан из Бирмы, стараясь выйти на границы Индии. Молниеносно захватывают Голландскую Индонезию. (Голландия, хоть и была оккупирована немцами, не покорилась, и свои колонии раздавать не собиралась). Захватывают Малайзию, нападают на американские Филиппины. Реальное сопротивление оказывают только американские войска. На Батаане они отбиваются три месяца, крепость Коррехидор японцы захватывают ценой большой крови.
Но на море господствует японский флот, а в воздухе – японская авиация. Участь колониальных войск предрешена с самого начала. К тому же, они быстро падают духом: во-первых, с островов не сбежишь и отступать некуда, во-вторых, приводит в сильное замешательство факт, что азиаты оказались на что-то способны.
Однако, падают духом не все. Некоторые подразделения, отрезанные от своих, переходят к партизанской войне и воюют в джунглях по году и больше, дожидаясь американских освободителей.
Что касается местных народов, то они встретили японцев без особой радости, но поначалу с некоторыми надеждами. Не желая сидеть только на штыках, японцы поначалу заигрывают с местными националистами. В частности, на южных Филиппинах даже пытаются выдать себя за защитников ислама, чтобы понравиться тамошним мусульманам. (Попытка провалилась, так как язычники-японцы в этой роли выглядят нелепо).
Японцы проводят в жизнь свою расовую теорию. Согласно ей, самыми лучшими из покорённых народов являются малайцы (как отдалённая родня самим японцам), потом всякие сомнительные яванцы, бирманцы и т.п., а отбросами рода человеческого – китайцы. С китайцами не церемонятся и убивают их при всяком удобном случае.
Во время русско-японской войны Япония соблюдала международные конвенции. Во всяком случае, с пленными русскими они тогда обращались вполне гуманно. Но теперь всё изменилось. Многолетнее возрождение кровавых самурайских обычаев не прошло бесследно.
Пленных англичан, американцев и прочих они заперли в концлагеря, и приступили к их планомерному уничтожению. Японский плен стал кошмаром, адом на земле. (Примечательно, что в немецком плену англосаксы не испытывали ничего подобного: отдельные эксцессы были, но в целом немцы обращались с ним очень гуманно). Про это на Западе снято немало фильмов и написано немало книг. Очень мало пленных из японских лагерей сумели пережить войну…
Издеваясь над пленными европейцами, американцами и австралийцами, японцы хотели понравиться местным народам и выступить в роли освободителей. Кроме этого, они внушали страх своим собственным солдатам – не вздумайте сдаваться, с вами в плену сделают тоже самое!
(Невероятно стойкая оборона японских остовов Сайпана, Иводзимы и Окинавы, в немалой степени была обязана именно этому страху. Но как только японцы узнавали, что их в плену не будут резать на куски, бить и пытать, их сопротивление сразу резко слабело).
Одновременно японская пропаганда пыталась внушить местным, что теперь, когда прежние колонизаторы свергнуты, начнётся золотое времечко для Юго-Восточной Азии. Ведь сюда пришла Япония, тоже азиатская страна! Исходя из чистого гуманизма, японцы вместо колониальной империи построят великую Восточноазиатскую сферу совместного процветания, где всем азиатам (кроме, конечно, китайцев!), будет ой как хорошо!
«Местные» смотрели, слушали, обдумывали. И приходили к выводам, что всё это – враньё. Ещё в ходе завоевания японские вояки, не ограничиваясь резнёй белых, ещё больше уничтожали цветных, причем без всякого повода, чисто для забавы. Привыкши пердеть, век не стерпеть…
К тому же полной лажей оказалась «сфера совместного процветания». Выяснилось, что Япония не может заменить прежних колониальных хозяев даже отчасти. Хозяйство Юго-Восточной Азии было заточено на мировые потребности. Самой Японии не требовалось столько нефти, каучука, олова и т.п. даже в ходе войны. Огромные запасы произведенных товаров загромождали склады, гнили, разворовывались. Местные предприниматели разорялись, росла безработица, народ нищал. К тому же японцы имели дурную привычку чуть что – рубить головы, чем вызвали ненависть к себе.
В общем, очень быстро народы Юго-Восточной Азии поняли, что не всякий белый для них враг, и не всякий азиат – друг. Господство японцев оказалось на порядок хуже господства белых. Как говорится, избавьте нас, боги, от таких «освободителей», а от прежних колонизаторов мы и сами как-нибудь избавимся!
Типичный пример, которых в ходе той войны были сотни. Прошел слух, что где-то в окрестном лесу видели американских коммандос. Немедленно в джунгли на поиски диверсантов отправляется японский отряд. Диверсантов не поймали, но чтобы не возвращаться с пустыми руками, вырезали одну-две-три деревни. Мужиков постреляли на месте, баб изнасиловали и забрали с собой – «для товарищей». И больше баб этих никто не видел: видимо, натешившись, поубивали, да зарыли в укромном месте.
Повторю, что таких случаев были сотни, в большинстве неучтённых. Неудивительно, что местные возненавидели японцев больше всего на свете и теперь уже сами, добровольно прятали коммандос и помогали им, чем могли.
Пар из японского вторжения выпустило сражение у атолла Мидуэй (4 июня 1942 года), вошедшее во все военные учебники мира. Поначалу казалось, что японцы побеждают, но в решающий момент над их авианосцами пронеслись американские бомбардировщики с «Энтерпрайза» и «Йорктауна». За пять минут баланс сил на Тихом океане изменился в пользу Америки. За пять минут были утоплены четыре тяжёлых японских авианосца да ещё с полностью боеготовыми самолётами, которые так и не успели взлететь. Японцы шли на дно, а в их самолётах взрывались собственные бомбы: картина была феерическая.
Американцы в этом бою потеряли «Йорктаун», но это была допустимая потеря. США, страна с колоссальным экономическим потенциалом, била все рекорды по росту военной промышленности, и уж не Японии было с ней тягаться.
Что касается вооруженных сил, то поначалу американцам действительно трудно было соперничать с многоопытными европейцами, но этот народ умеет быстро учиться. На Тихом океане они учились бить японцев. Все янки знали, как «джапы» обращаются с пленными, и не собирались миндальничать с ними.
Примечательно, что вскоре после Перл Харбора все американские японцы были интернированы в специальных лагерях. (При этом граждане Германии и Италии оставались на свободе, хотя, конечно, под наблюдением)
Правда, американские лагеря для гражданских лиц не шли ни в какое сравнение с японскими лагерями смерти. Да и повыпускали из них японцев ещё до конца войны, как только убедились, что никакой опасности они не представляют. Несколько сот особо надёжных американских японцев воевали на Тихом океане, в основном, на должностях разведчиков и переводчиков, но основную массу призывников отправили воевать против немцев в Европу.
В конце 1942 года разыгралось сражение за Гвадалканал: по сути, сражение за Австралию. Обладая этим островом, японцы могли надёжно изолировать эту страну и вывести её из войны. Австралия была непотопляемым авианосцем Америки, её плацдармом и военной базой. Японцы планировали её захват, и даже начали бомбить порт Дарвин.
Но в ходе боёв, которые шли несколько месяцев, с конца 1942 года по начало 1943-го, американцы отбросили японский флот от Гвадалканала. И с этого момента началось планомерное выкуривание японцев из Южных морей. Хотя, в Токио это поняли не сразу. Вплоть до самого конца 1944 года там тешили себя надеждами: вот соберем весь флот, да как двинем американцам по зубам, разгромим их в одном решающем сражении! (Полная утопия).
На континенте дела у японцев шли вроде бы получше. Они, в конце концов, вытеснили англичан из Бирмы (не помогла и помощь китайских дивизий Чан Кай Ши). Теперь на очереди была британская Индия.
Положение осложнялось тем, что там уже назревала национально-освободительная революция и земля начинала гореть под ногами у англичан. Было много местных, индийских войск, всяких сипаев да пенджабцев, но неизвестно, как бы они отреагировали на японское вторжение: стали бы бить японцев, или объединились с ними.
Японский флот, крейсируя в Бенгальском заливе, топил английские корабли и обстрелял побережье Цейлона. Японская авиация нанесла бомбовый удар по Калькутте: разрушений было мало, но паника у индусов была невероятная. Казалось, что и эта страна будет захвачена.
Но так только казалось. Прорваться в Индию японцы не смогли. В решающих боях, на горных перевалах Нагаленда, японцы были разбиты и начали отступать. Несмотря на самурайскую этику, запрещающую сдаваться в плен, некоторые бросали оружие и поднимали руки перед англичанами: они уже были сыты войной по горло. Но было очевидно, что главные сражения тихоокеанской войны произойдут не в Индокитае, а на островах.
(Продолжение следует)

Добавить комментарий

| Запросы к MySQL: 27 | 0,123 | Потребление памяти: 12.25 мб |