Страшные сказки про министерские маски

11 Мар 2009,  
Рубрика: СТАТЬИ

10 марта, после работы пошел я в наш Островский мировой суд получать «Постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении». Да, по тому самому «делу», что мне с Денисом пыталась «пришить» наша городская администрация. Ну, процедура получения времени много не заняла, получил, расписался. Иду домой. Тут около меня машина останавливается. В машине мои бывшие сослуживцы по Веретью. «Здорово, Рахим, как дела, куда идешь?» — «Дела, — отвечаю, у прокурора, у нас делишки. Вот, получил бумаги в мировом суде, домой иду». – «Это тебя за ваш пикет тягали? Как же, знаем, знаем… Слухом земля полнится, тем более что город маленький. Слушай, поехали с нами, мы тебе сейчас столько всего по этой самой военной реформе расскажем – ни одна газета, кроме вашей, не напечатает». И, конечно же, я не мог отказать бывшим сослуживцам.
Хотя, сперва мы заехали в магазин. Мужики отмечали большой праздник – столетие граненого стакана, так что сами понимаете… Но, наконец, все подготовительные мероприятия были завершены, и мы расселись за «праздничным» столом.


«Слушай, Рахим! Только что на Веретье пришла очередная директива – чтоб к 1 декабря гарнизона больше не было. Базу переводят в Остафьево. Всех, кому за 45 лет, уволят. Кроме них, подлежат увольнению – тут рассказчик стал сыпать цифрами, которые я не запомнил: столько-то офицеров, столько-то прапорщиков, столько-то матросов, столько-то гражданских – в общем, почти тысячу человек вышвырнут за ворота. Городу кердык придет!»
В этом никто за столом не сомневался. Остров и так все годы так называемой независимости жил только благодаря военным городкам. Работы тут мало, а та, что есть, в основном низкооплачиваемая. По утрам пригородный поезд «Пыталово – Псков» везет массу островичей в Псков на работу, вечером привозит. А тут сразу появится почти тысяча выброшенных мужиков, в большинстве отвыкших от гражданской жизни. Ликвидация Веретья («Остров-2») вполне может превратить город в подобие Чикаго времен Великой депрессии.

«А что с учебным центром сделают? В 90-е годы, когда жрать было нечего, в него же миллионы вбухивали!» — «Чего, чего… Там все офицеры старше 45 лет – вот их и уволят. А технику – компьютеры или ещё чего там – раскидают по другим гарнизонам».
«А что слышно насчет Ейска? Грозили туда всех перевести». – «Ейск всех принять не сможет – не тот там аэродром. Туда можно перевести только очень малую часть личного состава. Прочих – под зад ногой».

«Куда самолеты денут?» — «Насчет самолетов есть целых две директивы. Согласно одной, их должны всех перегнать на новое место. Или новые места. Только не спрашивай, куда, этого никто не знает». «Я и не спрашиваю. Мне интересно, как они думают перегонять машины из базы хранения. Все за столом знают, что из себя «бешки» (БЕ-12) представляют? Я же сам, когда служил, их обслуживал. Там половина блоков на запчасти снята! Это аэродинамическое недоразумение уже никогда не взлетит. А как они думают «элки» перегонять, когда им полеты уже несколько лет запрещены?»
«А вот по этому поводу – вторая директива. Согласно ей, то, что уже летать не может, надо оставить на месте и пустить на разделку. Но разделочный отряд по бумагам не предусмотрен! Понимай, как хочешь».

«Почему не предусмотрен? – заволновались за столом. – Ведь у нас разделочный отряд с 90-х годов остался!» «Остаться-то остался, а по бумагам его нет, и не предвидится. А что в Москве творится! Полный разгром. «Этот» всех своих тянет. Такие хитренькие мальчики, отслужившие год-два после училища. Или вообще не служившие, вроде как после школы ФСБ. Военные из армии сейчас вылетают, обгоняя собственный визг. Всем на все наплевать, все за свою шкуру трясутся. Недавно в Остафьево начальника базы и командира полка в три секунды уволили».

«Сейчас вообще станут увольнять не только тех, кому за 45, но и тех, у кого звание должности не соответствует. К примеру, по штату положено на эту должность капитана, занимает клетку майор, так его за шиворот и из армии, невзирая на возраст. На майоров вообще целую охоту откроют. Сам знаешь, у нас в морской авиации одни майоры и лейтенанты… Кстати, в Острове планируют сокращение штатов военкомата. Теперь там военком должен быть не выше майора. Всем понятно, что это значит?» За столом были одни военные, понятно было всем.

«Не, все не так мрачно – попробовал возразить один из офицеров. – Где «они» столько денег возьмут на увольнение? Надо расчет произвести, надо квартиры дать. У гражданских в трудовом договоре ничего нет про Сердюкова. Значит, их надо увольнять по сокращению, на биржу труда ставить, зарплату несколько месяцев выплачивать. Где бабки на это взять? Ты в штабе служил? Знаешь, что после этой директивы может придти другая, её отменяющая? Такой аэродром угробить! Да чтоб одну базу в Остафьево перевезти, надо 33 эшелона. Это только на одну базу! Ты знаешь, что наш Остров включили в программу по обустройству границы? Говорят, полк ПВО тут после нас посадят».

«На всякую гадость «они» деньги отыщут. У них миллиардов, как у дураков фантиков. На доброе дело только никогда не найдется. Ты помнишь, как угробили аэродром в Быхове? Он ведь не хуже Веретья был! Целый год там личный состав не просыхал, пока ликвидация шла. А помнишь, как в 89-м году у нас на Веретье командующий Балтфлотом клялся-божился, что не допустит, чтоб аэродром такого класса на сторону ушел. А как в 92-м комфлот Северного флота себя в грудь бил, обещал взять Веретье? Где все их обещания? Отдали аэродром Москве, вот и все дела. Так что не верю я их обещаниям. Сам знаешь, как у нас всё делается – сперва ликвидируют гарнизон, а новый на его месте через год только, может быть, заведут. Да за это время тут все протечет, все замкнет и колом станет. Аэродром с советских времен чуть живой, оставь его хоть на миг без присмотра – и все, каюк. И что интересно, виновных в этом, как всегда, не будет… А бывшие военные, которых уволят и которым жрать станет нечего, полезут остатки разворовывать».
«Нет, аэродром по любому придется ликвидировать – граница рядом. Но не такими же методами, как теперь!»

«Такое впечатление, что нас ожидает новый «большой хапок», как в 90-е годы. Если не больший. Гражданские власти до сих пор в себя придти после выборов не могут. Никогда раньше такого не было. «Они», как оппозицию раздавили, последние остатки ума и совести потеряли. Как перед памжей… Видно, быть потопу, как в 17-м году…»
«Рахим, ты на гражданке сколько получаешь?»
Я усмехнулся: «Как представитель островской рабочей аристократии, за январь получил 6700 рублей. Плюс двести рублей аванса. За февраль столько же. Большинство рабочих нашего цеха получают меньше. При том наш цех один из самых высокооплачиваемых на заводе. Мы же не москвичи и не питерцы, зачем нам деньги!»

«Да, хороша наша страна, все в ней для людской жизни есть, но не людям досталось… Рахим, ты знаешь, сколько сейчас в армии карикатур на Медведева, Путина и «этого» ходят? Мы тебе кое-что потом, как протрезвеем, подгоним. Ты только напомни…» Дальнейшее беседа интереса для читателей не представляет.

На этом я заканчиваю свой рассказ. Пришлось немного его подкорректировать – убрать проклятия в адрес «этих». Ругань – речь «бакланов», а не политических. И она очень недорого стоит. Как говорят арабы: «кричащий в гневе – смешон, страшен в гневе молчащий».

Рахим Джунусов

Добавить комментарий

| Запросы к MySQL: 27 | 0,153 | Потребление памяти: 12.23 мб |