Псковская зямчужина

28 Янв 2013,  
Рубрика: КНИГИ/КИНО

про 031В этом мире нет, и не может быть полного совершенства. Всегда, при любом режиме кому-то будет очень хорошо, а кому-то – плохо. Что нравится одному, то является кошмаром для другого. Такое впечатление, что люди – это сборище ссыльных инопланетян с разных планет.

Несогласия в умонастроениях людей зеркально отражаются на их бытие – у известной марксисткой формулы есть и обратная сила. Оно, это самое бытие, поэтому обожает подшучивать над обществом – выдаст одно, но тут же отберёт другое.

К примеру, в советское время русские были самой читающей нацией в мире. Но вот какого качества было чтиво – это другой вопрос. Ясно, что не очень высокого. Миллионными тиражами печаталась явная макулатура, а действительно разумных и нужных книг было не так уж много. Парадокс – в ту пору народу было интересно всё, но архивы были спрятаны за семью замками. Сегодня же, когда завеса тайны над нашей историей приоткрылась, и стали издаваться действительно умные книги, народ утратил всякий интерес к содержательному чтению. Тиражи упали в десятки, и даже сотни раз, на книжном рынке правят бал тупая «детектива» да унылые «фэнтази».

Что касается псковской писательской среды, то я лучше воздержусь от комментариев в её адрес, поскольку у меня на неё аллергия с советских времен, когда их книжонки впихивали народу, используя пресловутый административный ресурс. (Передовикам производства в нагрузку к грамоте и т.п.). Отложишь такую книгу, и через пять минут не можешь вспомнить — о чём она?

Поэтому, когда мне предложили книгу Бориса Миронова «Скобарёнок», я поначалу отнёсся к ней с недоверием. Но фамилия автора была неизвестна, да и рекомендовали мне её хорошие люди, поэтому взялся читать. И не пожалел.

Автор явно не профессиональный писатель. Более того, он, судя по всему, и не стремится им стать. Поэтому пишет, что помнит, не подлаживаясь ни под чьи вкусы и не стремясь понравиться «нужным людям». По моему разумению, написать что-либо стоящее можно только при соблюдении этого главного условия.

Вдобавок ко всему, он ещё и талантлив тем народным талантом, который, бывает, очень долго таится в человеке, чтобы внезапно выйти на свет. Во всяком случае, его слог – это слог выходца из народа в лучшем смысле этого понятия. Уходящего народа…

Книга «Скобарёнок» — это воспоминания автора о своем детстве, пришедшемся на войну и оккупацию. В этом смысле она в чём-то сродни книге Эдуарда Лимонова «У нас была Великая Эпоха». Во всяком случае, интеллект, манера повествования удивительно схожи. Хотя, что тут удивительного – они оба есть часть своего народа, при всей разнице их судеб и взглядов.

Книга Бориса Миронова повествует о начале войны, как шли в эвакуацию, как вернулись, поверив брехливой газетенке, что немцы разбиты, обратно, как попали под оккупацию. Война войной, а детство – детством. В эту замечательную пору всё интересно, весь мир чудесен, и даже война толком не воспринимается. Отличные картины псковской природы, воспоминания об играх и забавах. К счастью, немцы, стоящие в их новоржевской деревне Алтун, как на подбор, порядочные люди. (Лишь однажды два чехословака украли поросенка в соседней деревне, за что были строго наказаны командиром). Командир, кажется, чует, что рано или поздно им придется убираться из России, и ведет себя идеально. Немцы наладили хозяйство, платят за труд хорошую зарплату. На Новый год устраивают елку, приглашают деревенских, дарят детям подарки. Кажется, идиллия? Ничего подобного!

Война врывается в этот тихий мирок – проезжающий эсесовский офицер из трусости расстрелял двух женщин. «Свои» немцы шокированы этим не меньше русских. Они вообще недолюбливают эсэсовцев и стараются контактировать с ними как можно реже. От этого в конце войны происходили странные на первый взгляд, вещи, когда жители оккупированных территорий относились к немцам мягче, чем жители не оккупированных.

Нет, жители новоржевской деревни не предатели. Они не пресмыкаются перед всем немецким. Они помогают партизанам, как могут. Но они знают, что немцы – очень и очень разные.

«Несмотря на в общем-то добрососедские отношения, никто из русских не забывал, что немцы– враги. Активное неприятие немцев определялось, прежде всего, тем, что они принесли с собой на нашу землю смерть и горе, сломали привычный и потому дорогой для всех уклад жизни, внесли в жизнь каждого сумятицу, беспокойство за жизнь детей и родителей, близких и дальних родственников, разлучили семьи, именно они могут убить, если уже не убили, сыновей, братьев и отцов, воюющих в нашей родной армии – солдат, за которых молились в каждом доме. Поэтому, при всей лояльности «наших» немцев, любовью они не пользовались.

У меня сложилось впечатление, что и немцы, и русские испытывали большое неудобство от того, что они враги».

При оккупации бурный рост переживает религия. А также всевозможные гадалки, знахарки, прорицатели и ясновидцы, расплодившиеся в огромных количествах. Но, однако, рост этот довольно странен – практически никто из советских людей не молится и не крестится. (Церкви полны стариками, родившимися при царе). Хотя молитвенники, напечатанные «на освобожденной территории России», в Минске в 1942 году, распространяются новой властью повсеместно. (Один такой молитвенник есть в нашем островском музее).

В повести дана убийственная характеристика власовцев – гады они! Если «свои» немцы не трогали деревенских, то воинство генерала-предателя первым делом ограбило русских, потом начало делать мелкие пакости, и закончило своё пребывание в деревне совсем плохо. Найдя рукописные листовки, власовцы с помощью директора школы вычислили, кто их переписывал, схватили несколько детей 14-15 лет, и расстреляли их. Да так, что хуже некуда…

«Кто подсунул холостые патроны, мать-перемать? Мы ведь живьём пацанов закопали!»

Никто не был допущен к месту казни: ни родители ребят, ни односельчане. Еще на следующее утро на торфянике звучали выстрелы.

На третий день родителям разрешили забрать убитых. Свидетели рассказывали, что из наскоро забросанной торфом общей могилы торчали руки: живых земля не принимала».

В конце концов, и семье Бориса Миронова приходится бежать из Алтуна куда глаза глядят: полицай (между прочим, родственник!) донёс на них немцам. Но в ту пору у русских были большие семьи и много родни: помогли, не дали пропасть. В свою деревню возвращаться было нельзя, поэтому ютились по чужим углам.

Наступил 1944 год. Немцы побежали от стен Ленинграда. По пути они сжигали все деревни, и потому жители заранее убегали в леса к партизанам. Ушла в семейный лагерь и семья автора книги. К счастью, ждать оставалось уже не долго.

 

Иногда во время поиска мы выходим к заброшенным деревням. Большей частью от домов остались одни камни-фундаменты, но встречаются и покосившиеся избы с провалившейся крышей. Странное чувство возникает у меня, когда я вхожу в эти стены. Словно попал на развалины ушедшей загадочной цивилизации, причем ушла она совсем недавно, буквально вчера. Когда-то здесь жили люди, у которых труд и быт были неотделимы. Они умели всё, что нужно для жизни: скатать валенки, подковать коня, связать носки и рукавицы, накосить сено. Их быт был поразительно продуман, дома невероятно уютны. Их неповторимый говор (псковский диалект, нечто среднее между северорусскими говорами и белорусским языком) был предметом дружеских шуток соседей. «Ен сказал – поехали, ен взмахнул рукам…»

И вот теперь ничего этого нет. Часть народа сбежала в Белоруссию и Прибалтику, часть – в Ленинград. Родимая власть держала Псковщину на голодном пайке. И здешняя деревня умерла. Смертельный, добивающий удар ей нанесли 90-е годы. Она не воскреснет уже никогда. Старая многовековая традиция прервалась. Будет новая Россия, будет новая деревня, но она будет уже другая. А эта – умерла… Безумно жалко её…

Книга Бориса Миронова – это памятник той, исконной Псковщине. Издана государственным музеем-заповедником А. С. Пушкина «Михайловское». К сожалению, возможности музея, даже такого известного, ограничены, и тираж «Скобарёнка» всего одна тысяча экземпляров. Так что вряд ли вы сумеете найти его в свободной продаже. А жаль – эта книга истинная псковская литературная «зямчужина…»

 

 

 

 

Обсуждение

Один отзыв на «Псковская зямчужина»
  1. Ангелина:

    И я рада, Рахим, что книга эта у меня есть. Прочитала сразу, не откладывая в долгий ящик, человек ее сердцем написал…наши мнения сошлись. А Вам спасибо за великолепный библиографический обзор.

Добавить комментарий

| Запросы к MySQL: 31 | 0,197 | Потребление памяти: 12.27 мб |