Бориска на царствии. Часть 1

02 Ноя 2016,  
Рубрика: СТАТЬИ

66-boris_godunovВпервые про русскую Смуту начала 17-го века я узнал из школьных учебников, и, сказать по правде, не понял ни шиша. (Как, впрочем, и все мои одноклассники). Вдруг, откуда ни возьмись, на ровном месте, возникают армии, и начинается гражданская война?!!

Объяснения советского учебника, что, дескать, было трудное положение у трудящихся масс и этим воспользовались иностранцы, не казалось убедительным. А что, во все остальные периоды низы жили припеваючи?

Ещё менее правдоподобными показались доводы Карамзина, когда в конце восьмидесятых годов я прочёл его «Историю государства Российского» (в полном, не книжном варианте). Якобы, народ был до такой степени возмущён убийством царевича Дмитрия, что с досады пошел за первым подосланным самозванцем. Правда, от убийства царевича до появления Лжедмитрия прошло 13 лет, во время которых тот же самый народ не выказывал никаких признаков недовольства по этому поводу. И вообще, обычно народ не лезет в разборки верхов, а насильственная смерть – профессиональное заболевание князей, царей и генсеков. (Обычно её маскируют естественными причинами, но слухи всё равно просачиваются в низы).

Понимание истории стало приходить, когда я на собственной шкуре прочувствовал нынешнюю Смуту – с развалом «несокрушимого» Советского Союза и последствиями этой катастрофы. Обычно историю учат, чтобы на примере прошлого понять настоящее, но есть и обратная связь: поняв, как следует, настоящее, можно понять и прошлое. Уважаемые читатели! Я, конечно, не историк с дипломом, и зарплату за свои статьи не получаю, но в этом есть свой плюс, и довольно весомый – я могу говорить то, что думаю, то, чего никогда не скажет нанятый профессионал. Согласитесь, это тоже немало. Итак, начнём.

Царь Иван Василевич Грозный. Он разгромил три татарских ханства (Казанское, Астраханское и Сибирское), он сделал Волгу русской рекой от истоков до самого Каспия, он открыл ворота в Сибирь. Это были выдающиеся свершения, особенно, если вспомнить, что ещё не очень давно Русь и помыслить не могла ни о чём подобном.

Но он же проиграл Ливонскую войну – территориальные потери были сравнительно невелики, но был утрачен выход к Балтике. Он бежал из Москвы при приближении крымско-татарских войск (по примеру своих предков), и татары сожгли русскую столицу. Своей опричниной он разрушил русское общество, посеял всеобщие страх и ненависть, и, по сути, подготовил почву к будущей гражданской войне самого разрушительного типа – все против всех. Проницательные иностранцы поняли это ещё тогда: царь стравливал подданных, как бойцовских собак, и запасы ненависти среди населения были просто невероятны.

Страна лежала в руинах. Экономика была разрушена, численность населения резко сократилась. Так, если в начале правления Грозного страна продавала за рубеж 50000 пудов, то к его смерти – всего 10000 пудов, сало вывозилось раньше 100000 (сто тысяч) пудов, а стало – всего 3000 (три тысячи) пудов. Выручала Сибирь – торговля ценными мехами возрастала из года в год, спасая бюджет страны. Но, согласитесь, что зависеть от уплаты инородцами ясака – для такой страны, как Россия, очень ненадёжно.

В начале 1584 года здоровье Грозного резко пошатнулось. Ему было всего пятьдесят с небольшим, а он казался дряхлым стариком. Вдобавок, что-то гнило у него внутри, и от царя исходила страшная вонь. Чуя близкую смерть, Грозный начал составлять завещания. Дело осложнялось тем, что, несмотря на восемь «женитьб», у него оставались лишь два наследника престола, и ни один из них не мог править. Старший, Федор, был слабоумен, а младшему, Дмитрию, не исполнилось и года.

Царь Иван Васильевич Грозный умер 17 марта. Зазвонили колокола московских церквей. Народ бросился в Кремль. Борис Годунов приказал закрыть ворота.

Возник вакуум власти, который тут же заполнили приближенные к покойному царю бояре. Сообща они моментально выслали в Углич вдовую царицу Марию с младенцем Дмитрием и всеми её родственниками. На престол был возведён слабоумный Федор. Фактическим правителем страны стал самый изворотливый из бояр – Годунов.

Род Годуновых возвысился при Иване Грозном благодаря удачливым для них бракам. Сам Борис был женат на дочери Малюты Скуратова – личности, много наследившей в русской истории. Его сестра Ирина была замужем за новым царём Фёдором.

Вроде бы всё хорошо, но дело в том, что подобные возвышения обычно были непостоянны и непрочны. Старые боярские роды вовсе не хотели пускать в свой круг выскочек, и старались вытеснить их при каждом удобном случае. Борис понимал, что теперь всё будет зависеть от его изворотливости. (Кстати, точно таким же образом возвысились Романовы).

У Годунова на тот момент был сильнейший рычаг власти – сестра Ирина целиком находилась под его влиянием, ну и нашёптывала своему царственному, но недалёкому мужу то, что было нужно Борису.

Первым делом Борис упрочил своё материальное положение. Воспользовавшись близостью к федеральному бюджету, он хапнул Важскую область, доходы с Рязани, Твери, Торжка, со всех московских бань, береговую полосу Москвы-реки на семьдесят верст со всеми сенокосами, рыбными ловлями и рощами и т.д, и т.п. Ничего себе аппетит, вы не находите?

Всё это сделало Бориса крупнейшим российским олигархом, ничуть не слабее польских магнатов. Одна его личная армия насчитывала до ста тысяч вооружённых людей. С такими силами можно было и разобраться со своими лучшими «друзьями» из окружения Грозного.

Однако, сам Борис не был злым человеком. Нет, в случае угрозы для себя он не остановился бы ни перед каким преступлением, и не раз это доказывал, но делать зло просто ради забавы, как Грозный, он не хотел. Массовые казни и ссылки прекратились, народ вздохнул чуть спокойнее. Законы, конечно, не исполнялись, особенно теми, кто их придумывал, но это уж обычная практика на Руси.

Полтора года Борис уживался со своими «друзьями», а потом начал теснить их. Не он бы их одолел, так они бы его со свету сжили. Такое уж дело власть: либо ты, либо тебя, среднего не дано. В ход пошли ложные доносы, пытки и казни, но на этот раз строго в индивидуальном порядке. Такого, чтобы устраивать резню целых городов, не было, по крайней мере, до 1591 года, когда, чтобы замести следы преступления, Борис уничтожил жителей Углича. Всего один город – какая малость по сравнению с былыми «чистками»!

Зато строить города Борис любил, за время своего правления построил Цивильск, Уржум, Царево-Кокшайск, Саратов, Переволоку, Царицын. В 1584 году был построен Архангельск – город, весьма славный в русской истории. На юге восстановили Курск и Воронеж, построили Ливны. В самой Москве построили каменную Белогородскую стену.

Войн Годунов избегал, справедливо полагая, что сейчас разорённой России они ни к чему. Тем не менее, ему удалось военным путём отчасти возвратить отнятые шведами у Ивана Грозного земли.

Так вот и жили. По сравнению с минувшими временами, можно сказать, что почти хорошо. Но ох уж это «почти!» Оно имеет дурную привычку превращаться в свою противоположность, как правило, со знаком минус. Так вышло и в этот раз.

(Продолжение следует).

Добавить комментарий

| Запросы к MySQL: 27 | 0,352 | Потребление памяти: 43.53 мб |