Помянем павших
31 Июл 2013, admin
Рубрика: ПОИСКОВОЕ ДЕЛО
27 июля мы сделали первый полевой выход в новом поисковом году. Утро было туманное, с намокших деревьев падали капли воды. Нам, впрочем, такая погода лучше всего – прохладно и нет гнуса.
В назначенный час на квартире у Михайлыча собрались Валера, Эдик, Айгиз, Антон, Денис и автор этих строк. Выезд предстоял не совсем обычный: как-никак, начало нового сезона. Кроме того, на захоронении родственники Зори Ивана Яковлевича просили нас помянуть его, а также всех погибших с ним красноармейцев на месте их гибели, для чего оставили нам бутылку хорошей водки и соответствующую закуску. Мы сели в наш уазик и выехали на трассу.
Дорога была без приключений, и в назначенный час мы свернули на просёлок, где нас уже поджидали прибывшие из Пскова на «буханке» Сергей и Роман. Взаимные приветствия не заняли много времени, и вот уже наш небольшой караван мчится к месту работ.
Миновали обжитые места, проехали последнюю жилую деревню – и оказались среди безбрежного травяного океана. Что такое? Обычно тут шляются все, кому не лень, а сейчас даже дорога заросла. А, всё понятно: после июньского подрыва «органы» всерьёз обратили внимание на черных копачей, и эта публика (а заодно и «металлисты») затаилась до «лучших времён».
Удивительно, как быстро природа стирает следы человека. Только два месяца по этой дороге не ездили люди, а трава уже поднялась по пояс. Наш уазик идёт головным, и Валера с Михайлычем определяют путь по памяти, как лоцманы – корабельный фарватер.
«Вот здесь будет бугор… здесь надо держать правее… здесь левее… а вот тут будут три ямы…». Машину ощутимо тряхнуло – «вот первая…». Впрочем, от толчка особого вреда не было, даже наоборот – от встряски заработал давно испорченный сигнал.
Конечно, можно было остановить машину и пойти пешком. Но шагать по такой траве трудно. А так мы с удовольствием наблюдали, как бампер укладывал зеленую стену на землю, и за уазиком оставался чёткий след.
Наш караван прибыл на место и остановился меж двух берез. Вот она, та самая речка. Течет, как и весной, только сейчас её не видно в густой траве.
Мы разожгли костёр, поставили кипятиться чай, и открыли бутылку. Разлили водку по кружкам, и выпили, не чокаясь. Здесь, в этой пойме, летом 1944 года погибли наши бойцы. Молодые ребята, жившие до войны в Архангельске, Вологде и Ярославле, и даже не знавшие, что где-то в России есть такая река Многа…
Исполнив обещание и помянув павших на этих берегах, поисковики разошлись с приборами и лопатами. Впрочем, сегодня ходить далеко не пришлось. Не прошло и десяти минут, как раздался крик: «Боец! Курим!» (Это у нас что-то вроде минуты молчания).
Курящие задымили, некурящие просто остановились. Обычно, чтобы найти бойца, надо изрядно побегать, а тут сразу!
Правда, боец лежал в зарослях ракиты, прямо под здоровенным корнем, который было не вырубить легким топором. Но Сергей принёс мотопилу, и главное препятствие было удалено. Однако, под большим корневищем находился слой корней потоньше, который было ничем не взять: пила заглохнет в воде, а при ударе топора поднимались тучи мутных брызг. Да и не видно, куда бить.
Оставалось одно: работать руками. Просовываешь пятерню меж корнями, и выгребаешь донный ил, стараясь нащупать останки. Работёнка, конечно, грязная, и стираться нам потом придётся, но что поделать. Так что залезай в яму с ногами, или становись на коленки и кланяйся до самой воды и ручками, ручками.
Первым делом со дна достаем каску с черепом (именно на неё среагировал прибор), потом нашариваем позвонки, рёбра, ключицы…
Мы с Антоном работаем вместе. «Кажется, ботинок… — Нет, это ты меня за ногу схватил!» На разложенном мешке растёт гора останков. Что-то их слишком много. В подтверждении догадки мы выгребаем со дна ещё одну берцовую кость. Третью по счёту! «Мужики, в армию с тремя ногами берут? Нет? Значит, здесь лежит два бойца».
Второй боец лежал не под самыми корнями, и доставать его было легче. Извлекаем ботинки: один, второй, третий. Четвертого нет. Не забывайте, что шла война, рвались мины и снаряды. А потом по этому месту 69 раз прошел ледоход. Поэтому собрать всех павших в этой пойме в целости и сохранности невозможно.
Неподалёку от нас находят ещё одного красноармейца, потом ещё и ещё. К счастью, таких корней там нет, и работать легче, надо только вырубить кусты, чтоб не мешали.
Кстати, а работаем мы совсем рядом (буквально в десятке метров) от того места, где в мае нашли останки Зоря Ивана Яковлевича. Но тогда уровень воды был высок, и наши возможности были ограничены. Теперь, в июле, вода спала, пойма стала суше, но зато заросла высоченной и жёсткой, как проволока, осокой.
Денис с прибором пошел в свободный поиск, перешёл речку по бобровой плотине и очень скоро нашёл останки ещё одного красноармейца.
Тогда, в июне 1944 года, наши войска прорвали немецкую оборону. Отсюда до Берлина был самый короткий путь. Это понимали наши, это понимали и немцы. Советские войска смяли их передний край и устремились к дороге Остров – Псков. Если бы они её достигли, то вся немецкая оборона здесь бы рухнула, и, быть может, конец войны случился бы раньше.
Но до дороги наши войска не дошли всего пару километров. Фрицы успели подвезти подкрепление, и две колоны «тигров» разгромили наши танки и принялись вытеснять стрелковые части. За «тиграми» в прорыв кинулась немецкая пехота, своим ходом и на броневиках. Отдельные группы красноармейцев оказались отрезаны от своих и не смогли отойти. Это их останки мы собираем сейчас…
Фрицы, боясь эпидемий, побросали наших убитых в речку (сами они находились здесь ещё месяц). Вот почему у найденных красноармейцев нет при себе никакого оружия, лишь саперные лопатки и ложки.
Работать сегодня удивительно легко. Вскоре бойцов обнаружили Айгиз и Роман. Денис что-то застрял, и мы с Михайлычем идём ему на помощь. Так и есть: в яме лежат два бойца, пулемётный расчет. Мы поняли это по кускам дегтяревского диска. (Сам пулемет стал добычей немцев ещё в 1944 году).
Втроём мы шарим руками в воде, ковыряем дно ножом и щупом, и помаленьку достаем то, что осталось от защитников Родины. Со стороны кажется, что мы бьём земные поклоны. То, стоя на коленках, склоняемся ниже некуда (руки в воде по плечи), то выпрямляемся, чтобы кинуть найденную кость на мешок. Хоть через 69 лет, а отдадим свой долг перед этими людьми. Если уж раньше было «не судьба».
Ну, это у нас долги, а военное ведомство никаких долгов ни перед кем не имеет, о чём и заявляет нам открытым текстом устами своего представителя. Дескать, не ваше дело, почему военкомат палец о палец не ударил, чтобы хоть как-то помочь с поиском. (Типа: молчать, лохи! Благотворительность – это почти ругательство!)
Но требует, чтобы все найденные предметы мы несли ему. А он за это не будет нам пакости устраивать. Что тут сказать – в капстране живем, бизнес есть бизнес. Самые лакомые куски вроде заводов-месторождений давно захвачены, осталась всякая мелочь вроде музеев и т.п.
Я долго думал, стоит ли давать фотографию наших сегодняшних вещественных находок, сапёрных лопаток и ложек. Но мужики сказали, что стоит. Иначе военкоматские поймут, что мы их боимся, и «наезды» усилятся многократно. Ничего, отбились в своё время от демократов, отобьемся и от патриотов.
А почему не преподнесли на блюдечке с голубенькой каёмочкой лопаты, ложки и ботинки военкомату – так забыли на месте! Что со штатских разгильдяев возьмешь! Пусть военное ведомство само съездит сюда и поищет пропажу в высокой траве, может, найдёт пару ржавых железяк.
Мы собрали найденных Денисом бойцов в мешок, и пошли обратно к берегу: минуя изгибы реки, по бобровой плотине, по зарослям осоки.
Тем временем наши мужики нашли останки сержанта, при котором был свисток. Обыкновенный, пластмассовый. Вроде тех, с какими раньше милиционеры ходили. Айгиз сполоснул находку в проточной воде, и через 69 лет берега Многи огласились звуками той эпохи… Такими свистки были у младших командиров. С их помощью отдавали команды в бою. И вот теперь, через столько лет один из них был откопан и «ожил». Но какая жалость – мы его тоже потеряли!
В общей сложности мы нашли останки десяти бойцов. Редко когда бывает такая удача. Нам словно Бог помог…
Останки уложены в мешки. Работа на сегодня выполнена с лихвой. Мы встали все вместе возле машины и сфотографировались на память об этом дне. И почти одновременно тучи разошлись и выглянуло жаркое солнце. Природа сразу заиграла всеми красками, а изголодавшиеся за время затяжного ненастья оводы и пауты накинулись на нас. Словно Кто-то говорил нам: а не пора ли вам ехать домой? Своё дело сделали, теперь отдыхайте. А то сейчас начнётся жара.
Мы погрузили машины и поехали обратно. Не торопясь, по ямам, по кочкам добрались до твердой дороги. Попрощались с псковичами и свернули к Острову.
У себя в квартире Михайлыч надел очки, взял большую зеленую книгу и записал: «Выезд 27 июля, поминки. 10 найденных бойцов, Безымянные. Наград, надписанных вещей нет».
Да, а погода и вправду поменялась. После этого дня началась тридцатиградусная жара. Словно ждала, когда мы свою работу закончим.
Удача любит трудолюбивых. Молодцы!