Накануне
06 мая 2013, admin
Рубрика: ПОИСКОВОЕ ДЕЛО
Запах дыма мы почувствовали ещё по дороге. День был тёплым, стёкла в машине опущены, и ветер нёс частицы пепла и запах горящей травы. Это означает – наступила настоящая весна, начались палы.
Ветер, однако, не был постоянным, он менял направление и силу. Бывшая деревня Уткино то заволакивалась сизой дымкой, то очищалась от неё.
Я поднялся на холм, чтобы установить флаг, и оглядел окрестности. Так, значит, кто-то поджег траву в районе Погостища, и теперь огонь медленно отжимало на Ермаки. В Уткино тоже полно прошлогодней сухой травы, но между нами препятствие – речка Многа. Так что будем надеяться, что через неё огонь не перескочит. Ну а если перескочит, значит, придется уезжать.
Вообще, весенние палы – бич постсоветских государств. Не помогают никакие увещевания, поля горят каждую весну с завидной регулярностью. Кинуть спичку – секундное дело, на каждом гектаре милиционера не поставишь. Единственное надёжное средство против этого – обрабатывать землю, как в советские времена. Рецепт, сами понимаете, невыполнимый…
Мы разбились на группы и приступили к поиску. Земля уже оттаяла, и копалось легко. Правда, грунт здесь своеобразный: на одном склоне песок, на другом – глина. Память о великом леднике, который, как бульдозером, сгребал в кучу всё подряд.
Вербное воскресенье уже миновало, и на вербах с ракитами пушились первые соцветия. Деревья ещё только собирались распускать лист, но трава лезла вовсю. Ещё пару недель – она поднимется, скроет неровности почвы, и «бархатный сезон» для поисковиков закончится.
Соловьи начали своё пение, и не смолкнут, пока не отцветёт черёмуха. А она ещё толком и не зацветала. Кукушки принялись отсчитывать года всем желающим. Считать им, пока не заколосится рожь! В общем, птицы затеяли свой весенний концерт, хотя ещё и не в полном составе: дрозды, самые голосистые птахи, только пробуют голос.
Змеи вылезли греться на пригорки. Одна улеглась как раз над нужным нам окопом. Вроде настроена мирно. Так, берем её лопатой и относим в сторону: посторонитесь, гражданка, не мешайте работать. Не гюрза, не песчаная эфа, обычная здешняя гадюка. Особой опасности не представляет, но лучше держаться от неё подальше.
День довольно тёплый, и запас минеральной воды быстро кончается. Мы находим всякую мелочь: «хвосты» мин, «розочки» от катюш, стреляные гильзы. Понемногу спускается к подножию холма: тут стоит самодельный берёзовый крест. Такие кресты ставят копачи над немецкими солдатами.
Специально для повернутых на немецких цацках сообщаю: эти фрицы уже обобраны и ничего при них нет. Не та натура у дельцов, чтобы хоть что-то пропустить. Нашей группе чужие немцы тоже ни к чему, и мы, рассмотрев выброшенные копачами ненужные находки, идём дальше.
Нет, тех немцев, которых мы сами находим, честно собираем в мешки. И надеемся когда-нибудь по-людски похоронить. Вопрос в том, когда и где: Себежское кладбище больше не принимает новых «постояльцев». Поэтому «чужаков» брать не можем – сарай на линии Сталина не резиновый, «своим» фрицам места мало.
Мы поднялись на холм. Эк, как горит-то за речкой! Всё в дыму и копоти…
Но вот и первая стоящая находка. Передний лист от немецкого танка Т-3 или от «штурмгешютца» (самоходного орудия) на его базе. «Тройка» была самой распространённой машиной вермахта, и такие вот тонкие листы ставили на неё для экранирования. Кумулятивный снаряд попадал в экран, срабатывал на нём, прожигал дыру – но основная броня оставалась почти целой. (Понятно, что от бронебойных снарядов такое экранирование не спасало). Рядом – какой-то непонятный швеллер с забитым внутрь кирпичом.
Солнце уже перешло зенит, когда мы по саперной лопатке обнаружили останки красноармейца. Боец лежал на краю болотины. Судя по всему, его переехала бронетехника. Наград, надписанных предметов при нём не было. Из личных вещей только круглое зеркальце и самодельный мундштук.
Останки складываем в мешок, и Михайлыч относит его к машине.
После обеда мы продолжаем поиск, и теперь находки идут одна за другой. Удалось найти кардан от легкого советского танка Т-70, каток, и торсион от его ходовой части. А также принадлежности от английского танка «валентайн». На снимке вы видите мачете (шло в комплекте оборудования) и провода для «прикуривания». («Прикуривать» — заводить одну машину от другой с помощь проводов). Клеммы отлично сохранились, видны надписи «+» и « — ».
На сегодня работа закончена, и мы поехали обратно домой. Дорога, по здешним понятиям, была вполне проходимой. Даже толкать машину не пришлось.
«Кого-то мы сегодня так и не увидели… да, аистов! И гнезда стоят пустые. Перемёрли, видно, в апреле с голодухи, бедолаги».
Как будто услыхав эти слова, слева от дороги показалась стайка пасущихся аистов. Вид у них был, как у доходяг. Дело ясное – после продолжительной голодовки им пока не до размножения, и они сейчас усиленно кормятся.
Без особых приключений мы добрались до поворота на Рогово, и удивились: на просёлке стояли машины гаишников. «Спецрота» — читалось на борту. Дело ясное – перед Пасхой проводится рейд по сельской местности, дабы отучить пьяных поселян садиться за руль и носиться где попало. Нас узнали, и пропустили без проблем.
Великая Суббота заканчивалась. Через пару часов должна начаться Пасха…
